Введение

«Господин Хрущев и я, каждый в своем правительстве, занимаем примерно одинаковые политические позиции. Он хотел бы предотвратить ядерную войну, но находится под сильнейшим давлением сторонников жесткой линии, которые истолковывают каждый его шаг в этом направлении как умиротворение. У меня похожие проблемы… Сторонники жесткой линии в Советском Союзе и в Соединенных Штатах существуют за счет друг друга».
Джон Ф.Кеннеди, весна 1963 г.

Карибский кризис был устрашающей иллюстрацией конфронтационности. СССР и США не доверяли друг другу и взаимно опасались ядерного нападения. Обе страны стремились противодействовать попыткам конкурента осуществить то, что каждая сторона называла экспансией противоположной. Но осмотрительность сверхдержав резко возросла. Каждая из них, противостоя сопернику, старалась не приближаться к грани реального столкновения с ним. Враждебность стала вытесняться из сферы силового маневрирования в область переговоров. Наступила эра «конфронтации по правилам», которая позволяла решать задачи внешней политики сверхдержав без риска «лобового» столкновения между ними. Угроза общей войны стала уменьшаться. После 1962 г. ее фактически не было за исключением краткого периода 1983-1984 гг. (см. гл. 10), хотя в целом советско-американская конфронтация продолжалась, а на международной периферии регулярно возникали конфликты.

Вопреки прогнозам, междержавные противоречия вылились не в третью мировую войну, а в жесткое, но мирное политическое, экономическое и военно-технологическое соперничество. Продолжительный период освобожденности от страхов перед опасностью новой мировой войны после 1962 г. американский историк Джон Луис Гэддис назвал «длинным миром».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.