Отношения Николая I к Наполеону III
Когда, 11 декабря 1851 года Николай получил первые официальные вести о перевороте 2 декабря, он не мог воздержаться от выражений восторга.
Русский посол в Париже граф Киселев получил приказ немедленно отправиться во дворец к принцу-президенту и передать ему вербальную ноту, в которой Николай полностью принимал ту версию, будто Наполеон спас Францию от «красной революции».
Главное, что восхищало царя, это то, что принц-президент одним молодецким ударом истребил и революционеров и ненавистных Николаю либералов.
«Одним ударом Луи-Бонапарт убил и красных и конституционных доктринеров.
Никогда бы им не воскресать!» — так торжествовал канцлер Нессельроде.
Радовались не только в Петербурге, но и в Вене.
Едва только в Вену пришло сообщение о том, что принц Луи-Наполеон расправился с республикой, как Франц-Иосиф 31 декабря 1851 г. особым указом объявил австрийскую конституцию 1848 г. уничтоженной, а свою власть восстановленной во всей ее самодержавной полноте.
Отношения Николая I к Наполеону III
Николай понимал, что Луи-Наполеон именно затем и надумал называться третьим, чтобы оскорбить память Венского конгресса и всех его участников, в том числе и Александра I.
А дальше произошло следующее: парижский посол Н. Д. Киселев был в большой тревоге из-за неприятной и, как ему уже тогда казалось, небезопасной возни с титулованием нового императора.
Но Нессельроде его успокоил из Петербурга: ведь и Австрия и Пруссия, а не одна только Россия решили представить свои поздравления и верительные грамоты в одинаковой форме.
Не будет же новый император французов из-за этих мелочей ссориться разом со всеми тремя «восточными монархами».
Киселев на время успокоился.
Он получил аккредитивные грамоты, адресованные «императору Луи-Наполеону», и поздравительное письмо ему же от Николая, начинавшееся обращением: «Государь и добрый друг».
Но каково же было волнение и негодование посла, когда оказалось, что Австрия и Пруссия изменили своему «союзнику» и обратились к новому императору, как к «Наполеону III», со словами: «Государь и дорогой брат».
Фридрих-Вильгельм IV отделался каким-то нелепым объяснением перед Николаем, а Буоль, инициатор всей этой истории, оправдывался тем, что его с пути истинного сбила Пруссия.
Николай почувствовал, что эта, на вид пустая, история содержит в себе нечто зловещее, и что его довольно коварно обманули те, на кого он положился.
В конце декабря происходил в Петербурге обычный декабрьский парад, на котором присутствовал и дипломатический корпус.
Вдруг, обратившись к послу Пруссии генералу фон Рохову и послу Австрии графу фон Менсдорфу, Николай сказал: «Меня обманули и от меня дезертировали!» И австриец, и пруссак не посмели ничего ответить на это неожиданное приветствие.
Литература
- Потемкин Владимир Петрович. Том 1. Дипломатия с древних веков до 1872 гг. Отношения Николая I к Наполеону III.
От революции 1848 г. до начала Крымской войны (1848 — 1853 гг.)