Новый конфликт КНР и Индии в Тибете (ноябрь 1959)

К концу 50-х годов идея мирного сосуществования вызывала возрастающее неприятие КНР. Китай начинал считать советско-американский диалог инструментом сговора сильных держав против молодых освободившихся стран, на лидерство в кругу которых стал претендовать Пекин. Но на ту же роль претендовала и Индия. Она обладала в международном сообществе более обширными связями и, в отличие от КНР, была представлена в ООН. Ее признавали как западные, так и социалистические страны. В Пекине видели в Индии конкурента. Это негативно сказалось на атмосфере китайско-индийских отношений.

В середине 50-х годов КНР снова стала выдвигать территориальные претензии к Индии. Через плато Аксайчин в штате Джамму и Кашмир, как уже говорилось, проходила стратегически важная для Китая высокогорная дорога, соединявшая Тибет с китайской провинцией Синьцзян. Пекин пытался закрепить всю линию прохождения дороги за собой. В 1958 г. китайские власти заявили о необходимости пересмотра китайско-индийской границы. Возникла напряженность. Отношения двух стран осложнились после восстания в Тибете весной 1959 г. Оно было жестоко подавлено китай-{?}скими войсками. Духовный и, ранее, политический глава Тибета, далай-лама, был вынужден бежать из Лхасы (административного центра Тибета) и укрылся в Индии.

Китай предъявил претензии на Аксайчин, ряд других территорий в районах горных перевалов и всю восточную часть индийской территории, прилегающую к границе с КНР (от Бирмы до Бутана). С лета 1959 г. начались китайско-индийские вооруженные столкновения. Развитие событий застало советское руководство врасплох. Оно было не готово ни осудить Пекин, ни поддержать его. Фактически Москва не стала действовать в соответствии с духом, если не буквой, советско-китайского союзного договора 1950 г. В заявлении ТАСС от 9 сентября 1959 г. советское правительство ограничилось тем, что призвало Дели и Пекин к мирному урегулированию спора. Китай расценил позицию Советского Союза как тенденциозную, а премьер-министр Индии Дж.Неру – как справедливую.

Китайско-индийский территориальный конфликт получил продолжение и в 1962 г. В ходе кампании Китай оккупировал Аксайчин и одновременно заявил о готовности признать «линию Макмагона» (границу Британской Индии в Гималаях) в ее восточной части, если Индия согласится на претензии КНР вдоль западной части этой линии, то есть в районе только что совершенных китайских захватов. Отказ Индии принять китайское требования привел к тому, что осенью 1962 г. китайские войска перешли в наступление сначала на востоке, а потом – на западе. К концу ноября Китай захватил практически всю территорию, на которую претендовал. Тем временем, на КНР стали оказывать давление внешние силы: Советский Союз снова занял нейтральную позицию, которую выработал еще в 1959 г., а США и Великобритания стали оказывать Индии военную помощь. Противостоять коалиции Китай не решился. Войска КНР были отведены на линию фактического разграничения позиций китайских и индийских войск в конце 1959 г. – плато Аксайчин осталось за КНР.

Поскольку плато относилось к числу тех районов исторического «большого Кашмира», на которые претендовал Пакистан, китайские власти предприняли хитрый дипломатический маневр для его закрепления за КНР. 2 марта 1963 г. КНР и Пакистан подписали соглашение о линии прохождения китайско-пакистанской границы таким образом, как если бы Китай признавал Аксайчин частью территории не Индии, а Пакистана, а Пакистан соглашался на переход этого плато под суверенитет КНР.

В итоге Пекин оказался надежным стратегическим союзником Пакистана в кашмирском вопросе, заинтересованным в поддержке всех территориальных претензий последнего в районе Джамму и Кашмира. Это объективно определяло ориентацию КНР на оказание поддержки Пакистану в его противостоянии с Индией. Одновременно позиция Москвы в китайско-индийском конфликте обострила советско-китайские разногласия.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.