Меморандум Танака

В своём нашумевшем меморандуме Танака доказывал, что Япония не может допустить национального объединения и независимости Китая. «Мы должны страшиться того дня, когда Китай объединится и его промышленность начнёт процветать», — таков был тезис меморандума. Отсюда вытекала «программа действий» японского империализма по разделу Китая и превращению Манчжурии в японскую колонию.

«Для того чтобы завоевать подлинные права в Манчжурии и Монголии, — гласил меморандум, — мы должны использовать эту область как базу и проникнуть в остальной Китай под предлогом развития нашей торговли. Вооружённые обеспеченными уже правами, мы захватим в свои руки ресурсы всей страны. Имея в своих руках все ресурсы Китая, мы перейдём к завоеванию Индии, Архипелага, Малой Азия, Центральной Азии и даже Европы». Так раскрывал меморандум головокружительные планы японского империализма.

Меморандум требовал решительной борьбы против Вашингтонского договора девяти держав; оставить его в силе означало бы для единомышленников Танака «самоубийство» Японии. В отношении Монголии меморандум намечал путь «мирного проникновения» при помощи японских отставных офицеров, которые возьмут в свои руки контроль над монгольскими князьями. Наконец, план Танака предусматривал и войну с СССР. «В программу нашего национального роста входит необходимость вновь скрестить мечи с Россией на полях Монголии в целях овладения богатствами Северной Манчжурии… — вещал меморандум. — Мы будем всемерно наводнять Северную Манчжурию нашими силами. Советская Россия должна будет вмешаться, и это будет для нас предлогом для открытого конфликта».

Меморандум Танака, опубликованный в сентябре 1931 г. в журнале «China Critic», был перепечатан всей мировой прессой.

Японские официальные круги поспешили выступить с опровержением подлинности этого документа. Открытая дискуссия по этому вопросу между представителями Китая и Япония произошла на седьмом заседании 69-й сессии Совета Лиги наций 23 ноября 1932 г. Китайский представитель доктор Веллингтон Ку доказывал подлинность меморандума, В ответ японский представитель Мацу ока заявил: «Я хотел бы сказать совершенно откровенно и категорически, что подобного рода документ никогда не составлялся в Японии и никогда не представлялся на рассмотрение императора… Я был довольно близок к покойному генералу Танака, японскому премьер-министру, и хорошо знаю, что я прав. Вы можете верить мне, что подобный документ никогда не был представлен императору».

Мацу ока требовал, чтобы китайский представитель предъявил Совету Лиги наций доказательства подлинности меморандума. Веллингтон Ку в ответ указал на то, что вся та «позитивная политика», которую проводила и проводит Япония в отношения Китая и Манчжурии, вполне соответствует принципам, развитым в меморандуме. «Если этот документ поддельный, — говорил Ку, — то он подделан японцем, потому что ни один китаец не мог так хорошо понять и изложить политику, которую так точно, во всех подробностях, осуществляет современная Япония».

Позднейшая американская литература также высказывалась за подлинность документа. Так. Морган Юнг в своей книге «Императорская Япония в 1926 — 1938 гг.» подтвердил, что хотя дальневосточная конференция в Токио в июле 1927 г. и не опубликовала официального сообщения о принятых ею решениях, но «представляется вероятным, что документ, позднее опубликованный в Китае в качестве меморандума Танака… в действительности представляет решения этой дальневосточной конференции».

Притязания Японии на господство в Китае и на всём Дальнем Востоке идеологи японского империализма обосновывали так называемой «паназиатской доктриной». Демагогический лозунг этой доктрины гласил: «Азия для азиатов».

В числе многих японских авторов, писавших об этой «доктрине», особенную известность получил японский генерал Доихара, прозванный «полковником Лоурейсом Азии». В одной из своих статей он формулировал «паназиатскую доктрину» следующим образом:

«То, что должен теперь сделать Северный Китай, — это создать тот же вид цивилизации, который Япония создала для себя. Он состоит в слиянии и объединении восточной и западной цивилизации в одну, целиком азиатскую и особенно пригодную для народов Азии. Весь Китай должен в будущем стать на эту точку зрения; это движение должно быть распространено по всей Азии и может охватить Индо-Китай, Индию и другие страны».

В книге одного из знатоков Дальнего Востока, У. X. Чемберлена, «Япония во главе Азии», изданной позже, в 1937 г., японская паназиатская доктрина рассматривалась как «одна из тех потенциальных взрывчатых идей, которые благоприятствовали японскому устремлению и экспансии». Эта идея особенно популярна среди высших военных кругов, которые заявляют, что Япония должна начать «расовую войну за эмансипацию цветных народов».

Эта «доктрина» не только пропагандируется всей прессой и другими органами информации и пропаганды в Японии, — она стала даже предметом школьного преподавания и воспитания.

Так, в японских школах очень распространена карта, носящая название «Соседи Японии». В центре карты — Токио. Вокруг него пять концентрических кругов, означающих последовательные стадии экспансии Японии. Первый круг — сама Япония. Второй — острова в Тихом океане, Корея, Манчжурия и часть Монголии. Эти территории названы (сферами влияния». Третий круг — Северный Китай и часть Сибири. Четвёртый круг — весь остальной Китай, Индо-Китай, Гавайские острова, Борнео. Пятый круг — Австралия и западные берега Канады и США.

«Паназиатская доктрина» являлась «принципиальным» обоснованием захвата Манчжурии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.