Австро-прусская война

Нельзя было терять ни одного дня. 16 июня 1866 г. прусская армия открыла военные действия против Австрии. Бисмарк впоследствии говорил, что никогда ему не приходилось до такой степени все ставить на карту, как в июне и в июле 1866 г. Против него были Австрия, а также Бавария, Саксония, Ганновер, Вюртемберг, Баден, Гессен, Нассау, Франкфурт. В самой Пруссии конфликт между королем и ландтагом еще не был улажен. Бисмарка громко обвиняли в провоцировании братоубийственной войны.

Война началась для Пруссии с неудачи. Большая и хорошо вооруженная итальянская армия при первой же встрече с австрийцами, которых было гораздо меньше, бросилась бежать. Это произошло при Кустоцце 24 июня. Поражение итальянцев очень смутило Бисмарка: он все-таки не ожидал такого отсутствия боеспособности у своих союзников.

Разгром Италии грозил провалом всех надежд Бисмарка на разделение австрийской армии. Командовавший прусской армией талантливый стратег генерал Гельмут фон Мольтке спас положение: быстро и искусно маневрируя, он вызвал решительное сражение уже 3 июля. Близкие люди утверждали потом, что в этот день у Бисмарка был в кармане яд. Сам он заявлял вскоре после битвы, что если бы прусская армия в этот день потерпела поражение, то он постарался бы погибнуть в сражении. В случае такой неудачи ему, который вызвал непопулярную войну, пришлось бы понести жестокую расплату.

Но Мольтке удалось одержать блестящую победу над австрийским главнокомандующим Бенедеком. Эта победа (под Садовой) принесла дипломатии Бисмарка полное торжество. Однако для извлечения всех выгод из положения ему пришлось еще выдержать жестокую борьбу в королевской ставке.

Король Вильгельм I и окружавшие его генералы, опьяненные победой, говорили о дальнейшем энергичном ведении войны, о походе на Вену, куда дорога казалась открытой. Бисмарк восстал один против всех. Он говорил, что теперь нужно только потребовать от Австрии, чтобы она бесповоротно вышла из Германского союза, отказалась от Гольштейна и согласилась на образование нового Северо-Германского союза под верховенством Пруссии. Если Австрия на это согласится, — немедленно «поворачивать налево кругом» и «маршировать домой».

Вильгельм I сначала с негодованием заявил Бисмарку, чтобы тот и не думал лишать армию заслуженных лавров, а Пруссию — плодов победы. Генералы, возмущенные не менее короля, прозрачно намекали на дипломатов, всегда портящих то, что «добыл прусский меч». Бисмарк вне себя заявил, что, углубляясь дальше в Австрию, ставя Австрии условия, которые заставят ее продолжать борьбу, король и генералы сыграют наруку Наполеону III, который не сегодня-завтра появится на Рейне. Когда король продолжал настаивать, Бисмарк заявил, что сейчас же, не теряя минуты, подает в отставку и предоставляет королю искать другого министра, который взял бы на себя ответственность за пагубный путь, куда короля увлекают генералы. После нескольких бурных сцен король смирился. Он взял лист бумаги и написал, что должен отказаться от продолжения войны, «так как мой министр оставляет меня в трудном положении перед лицом неприятеля». Король заявил, что этот лист он отдает в государственный архив. Бисмарк остался непоколебим: он добился своего.

Впоследствии Гогенлоэ узнал от Бисмарка, что одним из основных мотивов его осторожного отношения к Австрии было опасение, как бы в разгромленной стране не началась революция.

Австрийский император сейчас же после битвы под Садовой телеграфировал Наполеону III, что отдает Венецию ему, императору французов. Этот на первый взгляд странный дипломатический шаг объяснялся, во-первых, тем, что австрийский штаб хотел поскорее окончательно ликвидировать южный фронт, пожертвовав Венецией, и поскорее перебросить южную свою армию на север против пруссаков в помощь разбитой армии Бенедека. Во-вторых, Франц-Иосиф хотел подчеркнуть, что разгромленные под Кустоццой итальянцы вовсе не завоевали Венецию, а могут получить ее в виде «подарка» из рук милостивого их покровителя Наполеона III.

Но тут, к своему несчастью, Виктор-Эммануил II и его министры, между которыми после смерти Кавура не было ни одного талантливого человека, заявили, что Венеции им мало и они хотят еще получить от Австрии Триент и Триест. Бисмарк, уже вступивший в первые же дни после Садовой в переговоры с Австрией, прекрасно знал, что итальянцы и на море не покажут себя героями. Но он не останавливал Виктора-Эммануила II и даже похваливал неожиданную прыть, которую вдруг обнаружило итальянское правительство: ему-то ведь было выгодно, чтобы в горячие дни переговоров с австрийцами о перемирии Франц-Иосиф знал, что на юге еще не все кончено, и испытывал бы некоторое беспокойство. Но случилось нечто еще более поразительное, чем паническое бегство итальянской армии под Кустоццой. 20 июля итальянский флот, состоявший под командой адмирала Персоно, подвергся у Лиссы нападению со стороны австрийской эскадры адмирала Тегетгофа и был совершенно уничтожен при минимальных потерях победителей.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.