Позиция Соединенных штатов в южноамериканском вопросе и доктрина Монро

После победы над королем и над Меттернихом Каннинг пригласил посла Соединенных штатов Раша, которому заявил о важности единомыслилия и совместных действий Соединенных штатов и Англии в вопросе о независимости бывших испанских колоний в Америке.

В неофициальном письме к Рашу Каннинг изложил позицию английского правительства по этому вопросу. Каннинг констатировал, что американские колонии утеряны Испанией безвозвратно, и что Соединенным штатам и Англии следует их признать. При этом он заверил Раша, что Англия сама не имеет территориальных притязаний на эти колонии, но и не допустит, чтобы какая-либо их часть была захвачена другой державой. В письме говорилось: «Если Соединенные штаты примут эту точку зрения, то наиболее действительным и наименее оскорбительным [для других] способом действий было бы выступление обеих стран с неодобрением проектов противоположного свойства».

Сущность предложений Каннинга заключалась в том, что Англия, которая так долго была врагом Соединенных штатов, предлагала им теперь союз.

Получив важную депешу Раша о предложении союза Англией, президент Соединенных штатов Монро, прежде чем поставить вопрос на заседании правительства, послал копию этой депеши Джефферсону и Медисону — двум своим предшественникам, занимавшим ранее посты президентов Соединенных штатов, — с просьбой сообщить свое мнение по данному вопросу.

В ответе Джефферсона, датированном 24 октября, говорилось:

«Наша первая и основная задача — никогда не вмешиваться в европейские ссоры. Вторая — не допускать никакого вмешательства Европы в заатлантические дела. Америка, Северная и Южная, имеет свой особый круг интересов, отличный от европейских. Имея Великобританию на своей стороне, мы можем не бояться всего мира». Джефферсон высказывался поэтому за самую тесную дружбу с Англией. Он даже готов был итти на совместную с Англией войну. Но Джефферсон полагал, что если Англия соединится с государствами двух американских континентов, то даже вся Европа не решится выступить войной против них, ибо превосходство флота будет на стороне Англии и Америки. При этом Джефферсон предложил заявить протест против действий беззаконного союза, который себя именует «Священным».

Медисон не только согласился с Джефферсоном, но и предложил выразить неодобрение вторжению Священного союза в Испанию и вмешательству держав в греческие дела.

Монро, повидимому, был весьма склонен поступить по совету Медисона, но его статс-секретарь Джон-Куинси Адаме (сын Джона Адамса) и некоторые другие члены кабинета выступили против проекта Монро — Джефферсона — Медисона. Адамс гораздо лучше, чем президент и его два консультанта, разгадал сущность предложения Каннинга. Принятие этого предложения привело бы Соединенные штаты к союзу о Англией и дало бы Англии право вмешиваться в американские дела. Адамс предложил провести независимое выступление Соединенных штатов вне прямой связи с предложением Каннинга, но по существу в согласии с ним. Сам Адамс охарактеризовал свою платформу следующим образом: «Серьезно протестовать против насильственного вмешательства европейских держав в Южной Америке и не позволить какого бы то ни было вмешательства Европы в дела нашей части света…»

Адамс учел, что Англия все равно не выступит против Соединенных штатов. Европейские интересы Англии заставляли ее занять и в этом вопросе дружественную по отношению к Соединенным штатам позицию.

Принимая во внимание, что Англия будет вынуждена занять благожелательную позицию в отношении Соединенных штатов, Джон-Куинси Адамс решил, что Соединенные штаты выступят в соответствии с пожеланиями Англии в отношении южноамериканских государств, но не вместе с ней, а самостоятельно.

2 декабря 1823 г. Монро обратился к Конгрессу с посланием. Это послание начиналось с декларации, что политические системы Европы и Америки не только различны, но и противоположны друг другу. Соединенные штаты заявляют, что они не претендуют на вмешательство во внутренние дела европейских государств, но категорически возражают против распространения политической системы этих государств, т. е. монархической системы, на какую-либо часть американских континентов.

Непосредственно против Франции и против указа Александра I от 4 сентября 1821 г. была направлена следующая часть этого послания: «Американские континенты, пользуясь всеми свободными и независимыми условиями, которыми они обладают, и которые они поддерживают, в настоящее время не могут рассматриваться как объекты для будущей колонизации какой-либо европейской державы…»

Доктрина Монро, несомненно, явилась удачным шагом американской дипломатии. Этим она обязана была отнюдь не Монро, а Джону-Куинси Адамсу, который выступил против того, чтобы Соединенные штаты оказались в положении маленького суденышка, идущего в кильватере английского военного корабля.

Доктрина Монро, в значительной мере спровоцированная Каннингом, приводила Соединенные штаты к столкновению с Англией в борьбе за Центральную и Южную Америку.

В 1825 г., когда Джон-Куинси Адаме вступил в должность президента, возникла идея созыва конгресса всех американских самостоятельных государств. В связи с этим Каннинг заявил, что попытка образования лиги государств Центральной и Южной Америки не встретит возражений Англии. Однако если Соединенные штаты захотят встать во главе ее, то это будет в высокой мере неприятно для британского правительства. Каннинг определенно рассчитывал, что со временем испанская Америка сможет стать английской; поэтому он отрицательно относился к притязаниям Соединенных штатов на панамериканский мессианизм.

В ближайшее время после опубликования доктрины Монро Англия, пользуясь своим промышленным превосходством над Соединенными штатами, завязала с бывшими испанскими колониями обширные торговые связи и заключила торговые договоры с большим количеством государств Южной и испанской Америки, чем Соединенные штаты. Таким образом, доктрина Монро привела к новому обострению отношений с Англией, столь поздно и с таким трудом налаженных.

В доктрине Монро было заложено два начала: одно — оборонительное, не допускающее агрессии, колониальной экспансии европейских государств; исходя из этого положения, усилия Соединенных штатов были направлены к тому, чтобы не брать на себя обязательств, связанных с европейской политикой. В то же время доктрина содержала и другое, наступательное, начало: Соединенные штаты не отказывались, как этого требовал Каннинг, от притязаний на территории и от особых прав в Латинской Америке. Соединенные штаты, надевая на себя личину защитника других американских государств, в то же время претендовали на господство над обоими американскими континентами, за исключением лишь тех частей, которые уже являлись колониями других государств.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.