Отечественные и зарубежные исследования

Монографические публикации по нашей теме распадаются на три пласта: 1) теоретические работы структурно-системного направления; 2) общие исследования историко-политического профиля; 3) труды по регионоведению.

Отправной точкой исследования стали теоретические труды российских и западных структуралистов и ученых, опирающихся на системный подход к изучению международных отношений. В концентрированном виде основные принципы и идеи этого подхода были доведены до сознания послевоенных поколений русской читающей публики прежде всего благодаря выходу глубоких культурологических трудов Ю.М.Лотмана, М.М.Бахтина, переизданию классических работ В.Я.Проппа, переводу на русский язык книг западных структуралистов — культурологов, прежде всего Клода Леви-Стросса. Эти работы, вместе с рядом других, заложили на рубеже 60-х и 70-х годах основы неоструктуралистской парадигмы в советской гуманитарной науке, исподволь противопоставив ее официальному знанию, опиравшемуся на классовый подход.

По политическим причинам диффузия структурализма в сферу политического знания, где контроль государства и правящей партии был особенно суров, шла медленно и преимущественно в форме осторожных попыток применить структурный подход к анализу узко конкретных международных ситуаций или в виде «критического анализа» с фрагментарным изложением западных работ. Тем не менее, в 70-х и 80-х годах на русском языке были опубликованы использованные в этой работе книги, подготовленные в Институте мировой экономики и международных отношений под защитой академика Н.Н.Иноземцева сектором В.И.Гантмана. Параллельно, соперничая со школой ИМЭМО, в Московском государственном институте международных отношений МИД СССР под руководством А.А.Злобина и М.А.Хрусталева сложилась собственная школа системно-структурного анализа, способствовавшая созданию в МГИМО учебного курса теории международных отношений и давшая на протяжении 80-х годов несколько работ, повлиявших на концепцию этой работы1. В последние годы данная линия публикаций была удачно дополнена книгой П.А.Цыганкова, содержащей, к тому же, наиболее полную библиографию новых русских работ по теории международных отношений2.

Отдельные элементы структурного анализа были применены в большей или меньшей степени в монографиях Ф.М.Бурлацкого и А.А.Галкина, Р.Н.Далныковой, В.В.Журкина, А.А.Кокошина, В.А.Кременюка, В.П.Лукина3, в монографиях и коллективных трудах, выполненных под редакцией Ю.П.Давыдова и Г.А.Трофименко, а также в работе последнего о развитии стратегической мысли в США4, лучшей из имеющихся в России. Кроме того, в книге были учтены некоторые положения, высказанные в общих работах цикла исследований глобалистики, а также отдельные разработки Н.А.Косолапова, Э.А.Позднякова, А.В.Сeргиева, Д.В.Ермоленко5, труды которых составляли ядро того, что можно было бы назвать позитивным интеллектуальным фоном исследований теоретических проблем международных отношений в том виде, как они могли существовать в СССР в 70-80-х годах.

В 90-х годах в условиях идеологической раскованности исследования, в том числе в русле структурного подхода, обогатились в России работами А.Г.Арбатова, С.Е.Благоволина, А.В.Кортунова, С.В.Кортунова, Н.А.Косолапова, К.Э.Сорокина, В.Удалова, а также А.С.Панарина, покойного А.А.Мурадяна, К.В.Плешакова, С.М.Рогова.

Среди интересных зарубежных работ общетеоретического профиля в первую очередь необходимо назвать труды по теории международной системы, принадлежащие ведущему современному американскому структуралисту Кеннету Уольтцу, а также ставшие классическими работы Бернарда Броди, Хэдли Булла, Роберта Гилпина, Карла Дойтча, Мортона Каплана, Генри Киссинджера, Роберта Кохэйна, Ганса Моргентау, Джосефа Ная, Майкла Хааса, Стенли Хоффмана, О.Янга, в которых под разными углами зрения уделяется внимание разработке понятия «стабильность» и анализу механизмов обеспечения устойчивости международной системы6.

Интересные варианты современных прочтений проблем стабильности со структурно-системной точки зрения приведены в работах американцев Пола Виотти и Марка Кауппи, Чарльза Кегли и Грегори Раймонда, британских ученых Роберта Купера, Н.Ренгера и Ричарда Крокатта, а также японского теоретика Акихико Танака. Отдельные положения выдвигаемых ими теорий и гипотез стали предметом анализа в этой книге7. При рассмотрении вопроса о становлении «пространственной структуры» стабильности в АТР полезны были также разработки К.Райта, Р.Раммеля, Р.Тантера и Дж.Розенау, восходящие к популярной в 60-х годах теории поля в международных отношениях.

Из работ общеисторического пласта полезным может быть лучшее из достижений старой школы историко-политических исследований, представленной вторым и третьим изданиями трехтомной «Истории международных отношений и внешней политики», подготовленными в 60-х и 70-х годах в МГИМО МИД СССР коллективами авторов под руководством В.Г.Трухановского и Г.В.Фокеева. Расширившийся круг архивных и фактологических источников позволил отойти от содержавшихся в этих книгах трактовок, в том числе и с учетом разысканий, результаты которых представлены в работах В.И.Батюка и Д.Г.Евстафьева, Н.В.Загладина, В.М.Зубока, Р.Ф.Иванова, Г.М.Корниенко, М.М.Наринского, Л.Н.Нежинского, К.В.Плешакова, А.О.Чубарьяна8. В этом ряду отдельно стоит сказать об изданной в Гарварде на английском языке книге В.М.Зубока и К.В.Плешакова — первой «пробившейся» на Запад русской книге об эпохе послевоенной конфронтации, написанной с позиций «новой струи» в российской политологии9.

Полезными зарубежными работами в общеисторическом смысле стали труды американских и британских ученых, посвященные анализу миросистемных сдвигов и формирования международного порядка как в длительной исторической ретроспективе, так и на современном этапе. Первыми в этом ряду стоит назвать известную в России книгу Артура Джона Персивала Тэйлора и работу Пола Кеннеди. Тематика взаимосвязи стабильности и мирового порядка интересно разработана в монографии Линна Миллера. К этим публикациям примыкает и пространная книга Г.Киссинджера, которая, правда, носит очерковый характер10.

Отдельные аспекты интересовавших автора вопросов проанализированы также в монографиях и статьях Джона Льюиса Гэддиса, Чарльза Дорана, обширном историческом своде Раймонда Гартоффа, монографиях Уильяма Кейлора, Уолтера Лафибера, Мелвина Лефлера, Уэйна Макуильямса и Гарри Пиотровского, Т.Уэдни и старой основательной работе Артура Шлесинджера о политике администрации Дж.Кеннеди11.

Использование русских работ по регионалистике, основная часть которых вышла в свет в советские годы, представляет собой сложность. Но не стоит забывать, что в рамках советского востоковедения не умирала струя объективного видения международных отношений в АТР. Публикации исследователей этого направления не могли быть свободны от упрощений, но наряду с официальными установками работы объективистского направления несли в себе массу систематизированных фактов, формировавших контекст, из которого внимательный читатель мог извлечь много реального знания о предмете, с тем чтобы самостоятельно прийти к выводам, нередко далеко отстоявшим от официальных оценок. «Протолиберализм» в советском востоковедении прирастал систематической фактологией. Работы, написанные в этом трудном жанре сохраняют интерес для исследователя и могут быть полезны.

В ряду таких трудов стоит назвать выходившие в «открытой печати» книги В.Н.Барышникова, В.Н.Бунина, С.И.Вербицкого, А.М.Дубинского, Л.П.Делюсина, А.В.Меликсетова, В.С.Мясникова, покойного Д.В.Петрова, коллективные монографии под редакцией В.П.Лукина и В.С.Руднева12. Можно более или менее критически относиться к этим трудам. Но нельзя не видеть, что объективно они, несомненно, играли огромную образовательно-стимулирующую роль с точки зрения сохранения российской аналитической традиции, «приподнимая планку» дозволенного, с риском для их авторов закладывая основы прагматического исследования восточно-азиатской ситуации. Рядом с ними нельзя не указать на целый пласт «закрытых» работ, остающихся малоизвестными для широкого читателя. Среди них — монография И.Я.Бедняк (Бурлингас); лучшая из советских работа о «культурной революции» в Китае, написанная Ю.М.Галеновичем; двухтомник А.Г.Яковлева13, аналитические публикации Б.Н.Занегина. Стоит упомянуть и «закрытую» книгу С.М.Труша, остающуюся пока единственной русской работой, в которой внешняя политика КНР проанализирована с позиций тех достижений, которые имелись в западной теории международных отношений к началу 80-х годов14.

В книге нашли отражение положения, высказывавшиеся в книгах и статьях Р.Ш.-А.Алиева, Е.П.Бажанова, А.О.Богомолова, К.Н.Брутенца, А.В.Виноградова, А.В.Воронцова, А.Д.Воскресенского, С.Н.Гончарова, Э.С.Гребенщикова, Н.П.Дмитриевской, Е.В.Егоровой-Гантман, Ал.В.Загорского, А.Е.Ковалева, В.А.Костина, А.В.Крутских, Г.Ф.Кунадзе, В.Г.Лешке, Н.П.Малетина, В.М.Мазурова, А.Мансурова, М.Г.Носова, В.Н.Павлятенко, А.Б.Парканского, Л.П.Пинаева, К.В.Плешакова, А.Ю.Рудницкого, К.О.Саркисова, Б.Н.Славинского, С.В.Солодовника, Ю.С.Столярова, М.Л.Титаренко, C.Л.Тихвинского, А.В.Торкунова, А.И.Уткина, Н.Г.Федуловой, И.С.Целищева, Г.И.Чуфрина15.

Зарубежная историография международных отношений в АТР очень обширна. Знания о Восточной Азии, прежде всего о Китае и Японии, остаются одной из самых динамичных областей западной науки. Исходной точкой работы с западной литературой было переосмысление идей и выводов старшего поколения зарубежных ориенталистов — Роберта Скалапино, Дока Барнетта, Уильяма Гриффитса, Доналда Загории, Акира Ириэ, Джона Уэлфилда, Аллена Уайтинга, Сэлига Харрисона. Не свободные, подобно советским, от конъюнктурных политических колебаний, труды этих ученых содержат не только богатейший фактологический материал, но и идеи, некоторые из которых остаются значимыми и сегодня. В первую очередь это относится к написанному Р.Скалапино и А.Ириэ, менее других склонных к упрощению аналитических парадигм. Интересными остаются и работы С.Харрисона, одним из первых огласившего вывод об ошибочности американской политики фронтального противостояния с левонационалистическими движениями в Восточной Азии16.

Из новых работ выделяются оригинальные исследования американского теоретика стратегии Томаса Уилборна, стремившегося осмыслить региональные процессы как раз с точки зрения теории стабильности. Рядом с ним стоит назвать фундаментальный труд среднего и молодого поколений американских китаеведов «Внешняя политика Китая. Теория и практика» под редакцией Томаса Робинсона и Дэвида Шамбо, в котором предпринята удачная попытка сомкнуть идейно-философский, политико-психологический и практический аспекты исследований внешней политики и международных отношений КНР. Фундаментален и двухтомный труд о Корейской войне, который под эгидой Принстонского университета издал Брюс Камингс. Кроме того, весьма полезной и интересной оказалась новая книга о внешней политике Китая, написанная Джоном Гарвером, представляющая собой проблемно-историческое исследование поведения КНР в широком региональном контексте. Прекрасно фундированная и не лишенная дискуссионных положений эта работа относится к числу наиболее интеллектуально насыщенных исследований о Восточной Азии, издававшихся в последнее десятилетие. Особо стоит упомянуть и обобщающий тридцатилетние разыскания историко-политический труд старейшего американского специалиста по русскому Дальнему Востоку Джона Стефана17.

Из массы других новых публикаций стоит выделить не оригинальную по подходу («треугольник» — «четырехугольник»), но довольно свежую по интерпретациям структуралистскую книгу Мин Чена, а также превосходную по логике, хотя несколько обрывочную историю тихоокеанских стран в послевоенный период, изданную австралийским ученым Роджером Томпсоном18. Автор также опирался на положения, обсуждавшиеся в книгах и статьях ведущих американских, британских, австралийских и иных зарубежных ученых, среди которых справедливо упомянуть Барри Бузана, Чалмерса Джонсона, Кента Калдера, Николаса Ларди, Эдварда Линкольна, Роберта Маннинга, Джонатана Поллака, Томаса Робинсона, Гилберта Розмана, Джералда Сигала, Ричарда Соломона, Сьюзан Фарр и Харри Хардинга.

Подводя промежуточный итог, можно сказать, что одной из самых актуальных проблем, с точки зрения работы с литературой, остается поиск оптимального соотношения между чрезмерно обильными и оттого в известной мере самодовлеющими западными публикациями и все еще малочисленными русскими работами, в которых доступный слой иностранных книг был бы в должной мере систематизирован, критически осмыслен и разобран. Многолетняя полуосведомленность о западных работах или их вынужденное и сознательное игнорирование сегодня отчасти сменяются понятным, но и настораживающим стремлением сосредоточиться на ознакомлении русского читателя с мнениями западных авторов и, в общем-то, колоссальными материалами, которые ими наработаны. Этот процесс по-своему важен, как по-своему закономерен и этап развития отечественной науки, который он характеризует. Вполне принадлежащей данному этапу автор считает и предлагаемую книгу, которая, соответственно, нисколько не претендуя на окончательность рисуемой картины, видится версией и одновременно материалом для новых обобщений и неизбежных переосмыслений.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.