Сталин чертовски умен. Мнение Трумэна в свой первый день в Потсдаме, 17 июля 1945 года. Трумэн записал: «Я могу договариваться со Сталиным. Он прост, но чертовски умен!» (Из дневников и писем Трумэна, рассекреченных в 1980-х годах.)
Сталин чертовски умен и знает, чего хочет. Мнение Трумэна. 1945 год.
Гарри Трумэн 18 июля 1945 года рассказал о «чрезвычайно приятной» беседе с советским премьером:
- «Я пригласил его посетить США.
- Сказал, что пришлю за ним линкор «Миссури», если он решит прибыть.
- Он заявил, что хочет также сотрудничать с США в мирное время, как мы сотрудничали во время войны, но это будет труднее.
- Сказал, что его совершенно не понимают в США, как меня — в России.
- Я ответил ему, что каждый из нас может помочь исправить такое положение в наших странах и что я намерен со своей стороны сделать для этого все возможное.
- Он одарил меня самой радушной улыбкой и сказал, что сделает то же самое в России».
По итогам конференции 29 июля 1945 года Трумэн писал жене:
- «Мне нравится Сталин. Он прямой, знает, чего хочет, и, если не может этого добиться, пойдет на компромисс.»
О намеренной конфронтации с СССР речи летом 1945 года не шло.
Как бывший посол в Москве Дэвис (ставший в Потсдаме шерпой американской делегации), так и госсекретарь Бирнс и генералы Маршалл и Эйзенхауэр исходили в своих действиях из еще рузвельтовской парадигмы — стремления к партнерским отношениям с СССР и нежелания ввязываться в запутанные дела Старого Света. Дело было не в каких-то особых симпатиях к Сталину или советскому режиму, а в стремлении к эффективному завершению войны с Японией и формированию устойчивой системы международных отношений в послевоенных условиях.
Никаких серьезных причин (и даже поводов) для враждебности двух стран, кроме чисто идеологических, не существовало. Но отношения США как с СССР в 1930-х годах, так и с коммунистическим (континентальным) Китаем в последние десятилетия показывают, что они не склонны обращать излишнего внимания на идеологические особенности своих экономических и геополитических партнеров.
В 1945 году желаемая Америкой деколонизация европейских империй, включая Британскую, должна была вот-вот вступить в решающую фазу. Такого рода и размера геополитические перемены были, разумеется, чреваты экономическими и военными потрясениями.
От всех колониальных империй следовало ожидать сопротивления неизбежному — прямого и скрытого, вооруженного и невооруженного.
При этом США (как при Рузвельте, так и при Трумэне) не ставили под сомнение право СССР, понесшего наибольшие жертвы в войне с Германией, а также Великобритании на деятельное участие в определении послевоенных правил игры в Германии и с Германией. Если ссылки советских представителей на «опасности возрождения японского милитаризма» для СССР не воспринимались Вашингтоном в качестве доводов в дипломатических спорах, то такого же рода доводы об опасности возрождения прусского милитаризма выслушивались вполне благосклонно.
Вышедший из тяжелейшей войны в Европе в статусе мощнейшей военной державы, СССР имел все основания для выстраивания глобального партнерства с США, оказавшимися после тяжелой войны в Азии в статусе не только мощнейшей военной державы, но и первой экономики мира.
1946 год
В тексте над которым У.Черчилль работал на протяжении всего своего трехмесячного пребывания в США зимой 1946 года в отношении СССР говорилось:
- «Я испытываю искреннее восхищение и уважение по отношению к русскому народу и моему военному товарищу маршалу Сталину.
- Глубокое сочувствие и расположение существует в Британии — и, без сомнения, в Америке — по отношению к народам всей России и решимость преодолеть все различия и препятствия для установления прочной дружбы.
- Мы приветствуем Россию на ее законном месте — среди ведущих государств мира.
- Я не верю, что Советская Россия хочет войны. Чего они хотят, так это трофеев войны и бесконечного распространения их власти и доктрин».
Черчилль настаивал на установлении «хорошего взаимопонимания с Россией под общим руководством Организации Объединенных Наций и сохранении этого хорошего взаимопонимания в течение многих мирных лет» и сожалел о «железном занавесе», протянувшемся от балтийского Штеттина (Щецина) до адриатического Триеста.
- Известно, что и Сталин, и Трумэн прочли эту речь так, как им было угодно: выразив, каждый по-своему, свое недовольство ею.
- Советские «Известия», устами академика Е.В.Тарле, напомнили о «традиции неизменной политической дружбы между правительствами» России и США и обвинили Черчилля в призывах к «американским гражданам растоптать эту стародавнюю традицию, эти культурные и политические связи» с русскими.
- Трумэн открестился от предположения о том, что он заранее знал содержание этой эскапады Черчилля.
- И тогда же, в марте 1946 года, Трумэн предложил Сталину выступить в США со своей ответной лекцией, в том же формате (т. е. с личным присутствием Трумэна) и в похожем месте: в университете штата Миссури, в городе Колумбия, примерно в 20 милях от того самого Фултона.
- Это приглашение было изложено в приписке президента к верительным грамотам нового американского посла в Москве генерал-лейтенанта Уолтера Беделла Смита, который передал его в момент вручения грамот советской стороне. Но в связи с отсутствием положительной реакции дело не дошло до официального письменного приглашения.
1947 год
- Трумэн 12 марта 1947 года выступил в Конгрессе с речью.
- По итогам этой речи были выделены средства на военно-техническую и экономическую поддержку греческого правительства.
- Из этой его речи впоследствии выросла так называемая доктрина Трумэна, переориентировавшая внешнюю политику США, дотоле принципиально не вмешивавшихся в региональные конфликты, не затрагивавшие непосредственно их интересов.
- Ныне политическая, военная и экономическая помощь всем демократическим странам, находящимся под угрозой внешнего или внутреннего авторитаризма, объявлялась своего рода интернациональным долгом для американского народа и правительства.
1948 год
Политический советник при главноначальствующем Советской военной администрации в Германии маршале В.Д.Соколовском, — В.С.Семенов в неформальной обстановке в январе 1948 года — за обедом в штаб-квартире американской администрации в Берлине — обсудил с американскими собеседниками возможность скорейшего преодоления накопившихся между двумя державами разногласий в ходе личной встречи Сталина и Трумэна в Стокгольме.
Москва согласилась на:
- Взаимные репарационные поставки (продовольствие и уголь из советской зоны в обмен на промышленное оборудование из западных зон.
- На обсуждение расчетов по ленд-лизу.
- Уменьшение вполовину репарационных требований к Австрии.
- Отказ от проекта Балканской федерации, что для американцев было шагом к согласию с планом Маршалла.
Для выдвижения этой внешне- и геополитической инициативы Сталин использовал не дипломатические каналы, а военную инфраструктуру, находившуюся под полным его контролем как Верховного главнокомандующего Вооруженными силами СССР. Хотя до того через голову своих дипломатических ведомств не раз действовали и Рузвельт, и Трумэн, прибегая к услугам специальных посланников.
1949 год
В конце января 1949 года последовала новая попытка установить личный контакт между Сталиным и Трумэном не через дипломатические каналы. На этот раз все было сделано в высшей степени публично — через СМИ.
31 января 1949 года были опубликованы ответы Сталина на вопросы новостной службы концерна Хёрста.
Из них следовало, что СССР готов:
- Подписать с США совместную декларацию о ненападении.
- Сотрудничать в проведении постепенного разоружения.
- Прекратить блокаду Берлина, если западные державы «согласятся отложить создание сепаратного западногерманского государства» до проведения переговоров.
- У Сталина не было возражений и против встречи с президентом «в каком-либо обоюдно приемлемом месте».
- В тот же день представитель США в ООН У.Остин назвал его заявление «шагом в правильном направлении к миру».
- А пресс-секретарь президента Ч.Росс заявил о том, что тот будет рад видеть Сталина в Вашингтоне.
- 2 февраля — также в интервью — Сталин ответил, что «приезд в Вашингтон является давнишним его желанием».
- Сталин был на удивление откровенен относительно своего здоровья:
- «К сожалению, в настоящее время я лишен возможности осуществить это свое желание, так как врачи решительно возражают против моей сколько-нибудь длительной поездки, особенно по морю или по воздуху. Поэтому предлагаю в качестве места встречи Москву, Ленинград, Калининград, Одессу, Ялту в СССР, а также Польшу или Чехословакию, — по усмотрению Президента США».
- Трумэн предпочел не рассматривать какие-либо переговоры с Россией вне рамок ООН. И повторил, что он был бы рад видеть Сталина (исключительно) в Вашингтоне…
До подписания в Вашингтоне Североатлантического договора оставалось два месяца…
Источник
- Александр Фоменко, Историк, политолог. Фактор Бирнса, или Попытки Трумэна договориться с Москвой. – Полностью статья опубликована в журнале Международная жизнь №2 2026 год. — interaffairs.ru/jauthor/material/3367